Ироним Поэзов (ironim_poezov) wrote,
Ироним Поэзов
ironim_poezov

Category:

"iPhuck 10" - попытка рецензии

Пришла пора поговорить о последнем романе Виктора нашего Пелевина, как и было обещано. И разговор этот коротким не получится, потому что давно уже книга не вызывала у меня столько противоречивых чувств.

«iPhuck 10» написан в традиционной для Пелевина манере, содержащей выверенное прошлыми книгами соотношение стилистических самоповторов (иногда, впрочем, весьма приятных глазу) и оригинальных смысловых экзерсисов, чаще всего стремящихся к парадоксам. Как и в «S.N.U.F.F.» мы имеем дело с выпукло прорисованным миром будущего, как и в «Т» роман фактически создается постольку, поскольку и насколько мы его прочитываем. Вернее, наоборот: всякий раз мы можем прочитать его настолько, насколько он написан автором. Пишу без цитат, но могу заверить, что фирменный юмор Пелевина присутствует и в этом произведении, чередуя уморительные словосочетания и афоризмы c оправданно растянутыми сентенциями на несколько страниц. Герои, как это опять же обычно бывает у Пелевина, достаточно картонны, и я соглашусь с теми, кто в очередной раз упрекает Пелевина в использовании сюжета и характеров для раскрытия некой авторской задумки, а не наоборот (словно бы предвидя подобные обвинения, Пелевин в монологе главного героя дает гневную отповедь всем апологетам классической литературы, построенной на «правде характеров» и их «драматическом развитии»).

Ну и самое главное и традиционное: роман Пелевина - это не книга, ограниченная обложкой, а игра в интеллектуальные кошки-мышки с читателем, где текст романа не более чем инструмент для такой игры. Пелевин разговаривает с читателем, убеждая его, что тот, конечно, интеллектуал, и к нему на «блатной козе не подъедешь», а в результате читатель остается с пустыми «интеллектуальными карманами», но с ощущением, что его если и не облагодетельствовали, то точно хотели... облагодетельствовать (последнее слово во фразе оставить по желанию).

Понравилась ли мне эта книга? Скорее нет. Жалко ли мне потраченного на чтение времени? Тоже скорее нет. И там, и там не могу убрать слово «скорее», хотя во втором случае его скорее можно убрать. Почему, спросит пытливый читатель, добравшийся до этого места (за что ему спасибо)?

Прежде всего, роман дорог мне обращением Пелевина к теме искусства как такового. Не вызывает сомнений, что автором передумано на этот счет очень много. Пожалуй, даже выстрадано, хотя с тиражируемым СМИ образом писателя это слово и не вяжется. Но именно «iPhuck 10» позволяет увидеть за его страницами настоящего Пелевина – страдающего непрестанной болью, о чем в тексте написаны, быть может, самые искренние абзацы.

В свойственной Пелевину желчной манере автор раздает на орехи современным нам художникам самой разной направленности, переманивая на свою сторону легко поддающегося читателя. В самом деле, приятно читать о том, как то, что сегодня можно назвать искусством «в порядке бреда», и в будущем тоже будет называться искусством «в порядке бреда». Очень убедительно и трогательно полирует авторский каток и надоевших его литературному высочеству критиков-искусствоведов.

Еще одно. Создавая антиутопию 50-х годов текущего столетия, Пелевин походя рисует настолько неприглядный, неуютный, холодный – бесчеловечный! – мир, по сравнению с которым современность почти что рай, что закрыв книгу чувствуешь, словно вернулся из страны со странной и чуждой культурой к себе домой. А размер романа позволяет испытывать это чувство неоднократно.

Из достоинств можно отметить и то, что лично для меня было недостатком романа: текст настолько изобилует техническими и паратехническими с сегодняшней точки зрения терминами, а принцип работы фантастических устройств раскрыт настолько подробно, что иногда складывается впечатление, будто читаешь если не инструкцию по эксплуатации, то как минимум какой-то плохо написанный учебник по киберграмотности. При этом некоторые константы сообщаются скороговоркой, как само собой разумеещееся (поправка: в 2050-х годах). После нескольких страниц такого текста читатель уже готов поверить во все, что впарит ему автор, ведь критика может основываться только на опровержении аргументов, а критиковать то, что ты не понял, невозможно. В результате, в книгу все-таки проваливаешься, полностью утрачивая здравый смысл и принимая доводы автора на веру.

Вот мы и вышли к главному. Вера. Отношения бога и созданного им, и, как зеркало, отношения автора и произведения – вот темы, которые настолько волнуют Пелевина-2017, что у него не получается скрыть это даже за маской ерничества и цинизма. «Пелевин жив!» - как бы кричит эта книга в ответ на упреки иных критиков, хотя их претензии и лежат совсем в другой плоскости.

Что не понравилось? Тут немного проще, чем с понравившимися моментами.

Повторюсь: излишняя насыщенность текста несуществующими техническими терминами (при всем признании нужности такого художественного приема). Читать это в состоянии только тот, кто сможет хотя бы на инстинктивном уровне отделить реально существующие термины от придуманных автором, потому большая часть читательской аудитории не доберется до конца уже только по этой причине.

Фирменного Пелевинского юмора в этот раз мне не хватило. Да, кисловатой иронией пропитан весь текст. Замечательны пояснения о состоянии современного времени романа ЕС, очень смешны рецензии на несуществующие фильмы и другие произведения искусства, вполне забавны узнаваемые по реальным прототипам персонажи, прогнозирование будущей политической реальности России, судьбы и структуры ее руководства. Но искристых всплесков авторского юмора, образцы которых сегодня продаются на магнитиках для холодильника (и умещаются на них!) лично мне в этот раз не хватило. Может быть, дело опять же в том, что Пелевину впервые было не до смеха…

Ненормативная лексика, являющаяся частью фирменного стиля Пелевина, в этот раз тоже не понравилась. И об этом больше не буду.

Пелевинский секс, который автор всегда описывает как-нибудь непривычно (любимый пример – «Чапаев и Пустота», где вместо процесса даны сопутствующие реплики героев, формально к процессу не относящиеся), в этот раз получился исключительно омерзительным. Да, мы понимаем, что творчество есть по сути сублимация сексуальной энергии, и писать большой и честный философский роман о творчестве, избегая этой темы, невозможно. Да, мы понимаем, что художники – люди с фантазией, а следовательно – и с фантазией в сексе. Иногда (а может и часто) эта фантазия граничит с извращениями (и иногда, а может и часто, такими извращениями и является). Но, как писал Твардовский совсем по другому поводу – «И все же, все же, все же…». В романе, строго говоря, табуирован как раз традиционный секс – то есть отношения, ведущие к деторождению. Описание единственного в романе традиционного сексуального акта нарочито пропущено. Поэтому автор вынужден, иногда с излишними деталями, погружаться в пучины разврата, где, например, зоофилия является не более, чем частным случаем. И даже то, что чудовищная картина чувственной жизни человечества через тридцать лет построена автором исключительно на развитии наметившихся сегодня тенденций, является для меня недостаточным стимулом буквально продираться через вживленные в ткань повествования то усталые, а то крепко сжатые сфинктеры.

Ну и в целом текст романа очень рыхлый, с рывками в повествовании, хотя это и можно объяснить тем, что роман написан литературным искусственным интеллектом, о других стилистических неудачах которого, кстати, тоже сообщается в романе. Однако, когда через страницу повторяется одно и то же предложение, которое, очевидно, просто просмотрели редакторы, ссылка на искусственный интеллект выглядит скорее отговоркой.

Во всем остальном это роман Виктора Олеговича Пелевина, каким мы могли бы его ожидать. Дочитав до середины, я понял, что мне нравится, и я прочту книгу до конца, но следующие работы Пелевина пропущу из-за усталости. Дочитав книгу до конца, я понял, что мне скорее не понравилось, но следующую книгу Пелевина придется читать. Потому что Пелевин жив.
Tags: вдруг кому надо, всерьез, литературка (С), масскульт, отчет
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments